![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
Молитва кордовой модели
Nov. 5th, 2008
12:16 pm
Кусты
Крылатый бересклет - листья у него действительно похожи на крылья, но они всегда опущены вниз, словно от усталости, потому и вызывает он тоскливое чувство. С виду этот куст не примечателен ни летом, ни весной, ни зимой. Невольно подумаешь: зачем же ему занимать место в саду? Но приходит пора девятой луны, и он становится неописуемо, невыразимо прекрасного цвета. Даже японские клены не бывают такими яркими и такого чудесного пунцового оттенка.
Сирень тоже хороша только в начале лета и ничем не примечательна в другое время года. К тому же около нее всегда много некрасивых тонких отростков, их приходится вырезать. А уж семена ее и вовсе неприятны на вид. Но все равно редко увидишь сад, где нет сирени.
Куст "снежный ком" очень хорош, как и его родственник - тот цветет в самом конце лета молочно-белыми кистями. К осени его цветы принимают оттенок засохшей розы, а чуть позже - старого золота, и долго-долго остаются на ветвях, выглядывая из-под снега.
Кипарисы: колонновидный, шарообразный и тот, что похож на звезду - у него даже кончики хвои золотятся. Ученый, конечно, попеняет мне,что я отнес их к кустам, а не к деревьям, но ведь я пишу о том, что вижу.
"Медвежья ягода" - вот кто хорош в любое время года, ее ягодки словно выточены из коралла. Магнолия. Листочки таволги осенью тоже очень хороши, сначала куст выглядит как зелено-золотисто-алая мозаика, а потом становится весь густого пурпурного цвета. Кизил - только его прутья срезают для взбивания мытой шерсти, а из ягод варят компот и варенье.
Куст "сиреневая дымка". Вейгела. Вообще все кусты, которые цветут на побегах прошлого года, надо обрезать с особым умением.
Nov. 3rd, 2008
01:29 pm
Деревья
Ягоды рябины прекрасны, но жаль, что цветы у нее не ярко-белые - как было бы хорошо! Черемуха цветет красиво, но ягоды ее не видны в листве.
Яблоня. Груша. Вишня. Слива. Вообще все деревья, что цветут весной, а осенью приносят плоды. Особенно хороша яблоня-дичок, чьи цветы темно-розового оттенка, а плоды маленькие и мякоть у них красная насквозь.
Дуб прекрасен. Осенью листья на нем держатся так долго, что можно подумать, никогда не облетят. Однако наступает весна, и среди молодой зелени не видно ни одного сухого прошлогоднего листа, это удивляет. А еще я очень люблю собирать желуди, пусть и говорят, что это детское занятие.
О красоте липы можно сказать многое, но вот что я видел: один самурай посадил двойной ряд лип у своего дома. Во время четвертой луны он позвал меня любоваться ими с галереи верхнего этажа - незабываемое зрелище! Даже зимой темные ветви необыкновенно красивы на фоне белого снега. А если украсить их маленькими светильниками, то можно подумать, что попал в волшебную повесть о древних днях - так, пишут, поступил один поэт из далекой варварской страны за океаном. Говорят, однажды его обвинили в убийстве, но умудренный годами монах, проходивший мимо, сказал: "Не может быть убийцей человек, чья душа стремится к Небесной Реке", и поэта оправдали.
Клены все необыкновено хороши, но особенно красивы японские, с тонко вырезанными листьями. Березы тоже прекрасны. Белизна ствола особенно выделяется на фоне темной хвои или грозового неба. Раньше мне не нравился новомодный обычай сажать несколько березовых саженцев вместе, но потом я начал находить в таких группах особую прелесть, которой нет в одиночных деревьях - те всегда выглядят так, словно им страшно: вот-вот сломаются.
Jul. 5th, 2008
01:00 am
Всякие фейерверки хороши - и шары из разноцветных огоньков, и пучки белого огня с цветными искрами на самой маковке, и те, которые разлетаются в ровные овалы. Особенно хорошо, если от центра овала к огонькам идут светящиеся нити - тогда это очень похоже на цветок "утренний лик". Но сильнее всего заставляют замирать сердце те огни, что вспыхивают и рассыпаются выше остальных. Казалось бы, не так уж и велика разница, а как ахают, увидев их, дети, дамы и даже мужчины.
Прекрасны огни, взвивающиеся спиралью вверх и там рассыпающиеся в светящийся шар, и те, которые похожи на золотой туман. Еще толстые пучки огня, без всякого порядка разлетающиеся в стороны - эти скорее смешны, чем красивы.
Необычайно хорошо бывает, когда вспыхнувшие огни озарят уносимые легким ночным ветерком струйки дыма, тающие в темном небе. Сколько в этом зрелище неожиданной красоты! Дамы, наблюдающие за фейерверком, шепчут своим спутникам, прикрыв рот веером: "Смотри, как похоже на ...", и каждая называет то, что увидела в ночном небе. Но такие пустяки мужчинам не интересны. Как не пожалеть их про себя!
Если смотреть фейерверк издалека, то не видны те огни, которые взлетают невысоко, а это обидно. Но не всегда удается подъехать поближе. Мне бы очень хотелось постоять близко-близко к пушкам.
А еще очень жаль птиц, которых пугает непривычный шум и свет. Как им должно быть страшно!
Jun. 5th, 2008
01:03 pm
Одна из прелестей чтения книг, побывавших в чужих руках - купленных у букиниста, взятых у знакомого или из библиотеки - этo пометки на страничках. Самые мелкие, сделанные тонким карандашом над словами вроде epopt или cetaceous. Заметив такую пометку, начинаешь волноваться - что же там написано? правильно ли перевел редкое слово незнакомый читатель? Но в большинстве своем эти записи почти затерты, то ли нарочно, то ли оттого, что уже много времени прошло с тех пор, как кто-то узнал новое слово. Хочется знать: он ли сам прошелся по страницам с ластиком, закончив читать книгу? если так, то он все-таки порядочный человек, что ни говори. Или библиотекарь, увидев пометки, не смог выдержать того, что следующему посетителю достанется замаранная книга? А еще, когда cловечки почти стерты, очень трудно догадаться, на каком языке они были сделаны, а это очень волнует.
Подчеркнутые слова и предложения - тоже интересны. А вот заметки на полях обычно скучны. Редко попадется фраза, вызывающая признательность к писавшему.
Читая посвящения на титульных листах, испытываешь неловкость. Кто-то продал или сдал в букинист подаренную или доставшуюся ему по наследству книгу.
Кроме того, подержанные книги легко раскрываются на любой странице и терпеливо лежат раскрытыми. А новые надо все время придерживать пальцем, что очень неудобно, когда ешь.
Jul. 11th, 2007
11:52 am
Сумах, пожалуй, самое уродливое из растений. Все в нем вызывает отвращение - и тонкие узловатые стволы, и листья, слишком большие, чтобы быть изящными, хоть они и рассечены, и цветы. Эти темно-красные толстые комки не хочется называть цветами. И совсем неприятно на них смотреть, когда они засохнут к концу лета. Но как красив сумах осенью! Его листья приобретают густо-алый цвет, и тогда даже темные сухие соцветия красивы на их фоне.
Jul. 8th, 2007
06:05 pm
Чехов суется со всех сторон. Говоря так, я не имею в виду, будто тень писателя, будучи отпущена из кудаонапопала, не нашла лучшего занятия, кроме как организовывать события моей жизни. "Ноосферы", "инфосферы" и связанные с ними коллективные разумы разнообразных убеждений для разъяснения феномена тоже не нужны. Понятие "феномен" подразумевает наблюдаемость - но не объективность наблюденного. Бритва Оккама отсекает объяснения, основанные на внешних по отношению к наблюдателю, т.е. мне, причинах происходящего. ССЧехова - почти ССЧП, даже и плакать оба могут заставить, примененные неумело - стоит у меня, не перечитанное после университета.
Опрос у Ивана Наумова заставил меня задуматься над причиной моей нелюбви к классику. Опять я попадаю в эту ловушку - пишу о нелюбви к Чехову, имея в виду, конечно, нелюбовь к его произведениям. К его литературным произведениям. К его прочитанным мною литературным произведениям. Итак, опрос заставил меня задуматься над причиной моей нелюбви к его рассказам и пьесам, некогда читанным мною. Эта конструкция ставит читателя и читаемое в соответственно пассивную и активную позиции, следуя двусмысленным рассуждениям Шахрезады и ее демона-музыка. Но так же уверенно можно сказать, что Читатель оплодотворяет Текст - а многие авторы скажут, навязывая следующий раунд метафоры жизни-в-смерти, что он его насилует, тогда как они, авторы, хотели бы для своих творений богоподобного бессмертия и неизменности. На что читатель возразит, что существующие религии ну никак не дают образам богов такой индульгенции.
( еще много и несвязно про сундук, Лабиринт, яичницу и Ганнибала в числе прочего )
11:11 am
В сильный дождь крытые шифером крыши курятся молочным туманом. Бывает, во время дождя дует сильный ветер. Он отрывает белые полосы с карнизов и несет их, пока они не растворятся в дожде. Когда дождь слабеет, шифер, неприметно в какой момент, становится виден. Особенно хороши тогда старые крыши, где задрались края почти у всех пластин. Глаз выискивает узоры среди чередования темных и светлых треугольников. Но стоит чуть просветлеть пролившемуся облаку, и рисунок исчезает - невыразимое ощущение! Впрочем, крыши с новым, гладко и плотно уложенным шифером тоже хороши после дождя, особенно темно-серые. Я не люблю голубой и зеленый шифер, хоть он и вошел недавно в моду. Коричневые и серые оттенки потому так хороши, что напоминают о старинных домах, крытых глиняной черепицей и кедровыми плашками. Сейчас все реже так строят, а жаль - так прекрасна крыша из кедра цвета серебра, потемневшего от времени. После сильного дождя облака прихотливо меняют цвет - одно остается темно-серым, украшаясь только светлой каймой, другое же светлеет и вот-вот растает. Кое-где просвечивает солнце - точно тот цвет, которого пытаются добиться художники, рисуя младенца у груди матери.
Гром в отдалении очень похож на звук, с каким малыш катает новую пластмассовую тележку по паркету второго этажа. Не очень-то родители благодарны подарившим такую игрушку!
Jul. 7th, 2007
11:20 pm
Из всех деревьев липа - самое замечательное. Спору нет, прекрасны и сосна, и дуб, и слива. Листья клена необычайно хороши, хотя его семена лишены изящества. Но липа прелестна в любое время года. В пятом месяце, пока цветы еще не распустились, ее крона напоминает мозаику из драгоценного нефрита. А когда стоишь под цветущей липой и глядишь вверх, так и кажется, что над тобой полог из ткани, выкрашенной в два оттенка с помощью кристаллов соли. И конечно, запах цветущей липы прославлен во многих стихотворениях.
Липовый мед тоже необычайно ароматен. И вот что интересно - есть много сортов меда, от гречишного до шалфейного. Но когда рассказчику надо упомянуть мед, чтобы у слушателя стало сладко во рту, он непременно скажет "липовый", а о других и слова нет, даже обидно. Пожалуй, вот еще о чем надо сказать: все знают, что из высушенных цветков липы заваривают напиток. Но человек с утонченным вкусом не будет подслащивать его липовым медом.
В конце шестого месяца на листьях липы появляются блестящие пятна, они придают ей еще большее очарование. Может, кому-то это покажется странным, но в эту пору листья липы напоминают мне обложки новых романов. Поневоле задумаешься, о чем же может быть написано в такой книге. Я слышал, что эти пятна делают какие-то насекомые, но сам я их никогда не видел. Зато об этих пятнах говорится в старинной легенде. Давным-давно юный бог Еби-Но-Думай летел к своей возлюбленной, полный горячего нетерпения. Когда он пролетал над цветущей липой, он услышал ее несравненный запах, напомнивший ему о волосах любимой, и чаша его счастья переполнилась.
Но вы спросите меня, а что же замечательного можно сказать о липе осенью и зимой, когда листья ее опадут? В десятом месяце года липа неописуемо, невыразимо хороша. Ее листья словно хранят в себе блеск солнца, и даже в дождливый день, посмотрев на них, вспоминаешь летний зной. А зимой ветки липы, темные от влаги, необычайно красивы на фоне белых облаков, затянувших небо. Даже если небо бледно-голубое - тоже прелестно. Осенние и зимние ветра обламывают тонкие ветки, и садовник недоволен: "опять убирать", ворчит он, наклоняясь и охая. Но как прекрасны становятся очертания дерева!
Зимой почки липы не больше горошин перца, зато стоит настать оттепели, и на них повисают прозрачные капли. Кажется, будто влюбленный принес подарок - украшение из агата и жемчуга. А ранней весной почки становятся больше, длиннее и украшаются всеми оттенками пурпура и золота - воистину одеяние, достойное императора.
Вот поэтому-то красота липы так прославлена. Я знаю, что из липы вырезают посуду, детские игрушки и другие предметы. Неприятно об этом думать! Есть же много других деревьев, так почему же выбирают именно липу? Наверно, резчику виднее, но я бы не дал рубить липу - пусть растет.
Feb. 26th, 2007
11:24 am
Ночью шел снег. Никогда еще мне не удавалось просидеть, как Сэй-Сёнагон, всю ночь любуясь на падающий снег и слагая стихи. Да и жаровни, чтоб записывать танки на пепле, у меня нет. Есть газовый мангал, но это не совсем то. Не получится утром, моргая запорошенными пеплом глазами, записать последнюю танку и обнаружить, что вторая, почти гениальная, стерлась с пепла и из памяти. Очень способствует смирению и на-склоне-Фудзиямы-улиткоподобному терпению.
Я думаю: вот выйду я на пенсию (всего пара дюжин лет осталась, надо и о душе подумать). Выйду я, значит, на пенсию и решу осуществить заветную мечту - провести ночь, любуясь на летящие хлопья снега. Но к тому времени грянет похолодание, обещаемое нонече климатологами; и я погибну от рук разъяренных сожителей, подобно Нерону, любовавшемуся на горящий Рим: у людей горе, а он стишки сочиняет.
Разве подумать я мог,
что вновь через эти горы
пойду на старости лет?
Вершины жизни моей -
Сая-но Накаяма.
Только ветер дохнёт -
и цветов белопенные волны
устремятся меж скал.
Нелегко через горную реку
переправиться мне, скитальцу.
Сайгё